Древнейшие памятники Китая

Пещера Чжоукоудянь, давшая научному миру огромное количество разнообразных и интереснейших материалов, находится в 50 км к юго-западу от Пекина. Этот памятник имеет рекордное время своего исследования — полвека лишь с небольшими перерывами занимаются его раскопками археологи, геологи, палеоантропологи и люди других близких специальностей. Мощность отложений пещеры, включающих культурные остатки,— 40 м. При раскопках найдено огромное количество костей, содержащее 96 видов разнообразных млекопитающих. Что же касается остатков синантропа, то их находили...

дважды!

Блестящие публикации Ф. Вайденрайха принесли научному миру представление о более позднем по сравнению с питекантропом варианте азиатского гомо эректуса. Но синантроп, бесспорно, состоял в близком родстве с питекантропом. Интересно, в частности, сравнение мозговой полости, считающейся показателем биологической эволюции. Если у питекантропа она определяется в объеме 900 см то у синантропов Чжоу-коудяня эта цифра вырастает до 1200 см3. В 1941 г., пытаясь спасти драгоценные кости синантропов, Пэй Вэньчжун упаковывает их в несколько проложенных хлопком обувных коробок и отправляет коробки в американское посольство. Оттуда их собирались отправить в США на пароходе. Но этому пароходу не суждено было дойти до устья Желтой реки, он был потоплен японцами. А когда кончилась война, ученые бросились на поиски пропавших сокровищ. Их искали в Китае, в Японии, в США, но — тщетно! То ли коробки были украдены, то ли уничтожены случайно японскими солдатами на складе, как думает Пэй Вэньчжун. Прошло много лет, и все надежды найти останки давно уже потеряны. Хорошо, что есть монографии великого труженика науки Ф. Вайденрайха, где опубликованы достаточно подробные изображения находок.

Если посмотреть на карту древнейших палеолитических стоянок Китая, можно сразу заметить, что они в основном концентрируются в районе мощных лёссов — «желтой земли» в излучине Хуанхэ. Однако геологические пласты со стоянками расположены ниже отложений лёссов — в песках и глинах более раннего возраста. Почему они встречены именно в районе лёссов, пока остается загадкой. Возможно, данный район был

 наиболее благоприятным для заселения человека, поскольку это уже выход из гор юга Китая к удобным для жизни северным равнинам. Немалую роль играют здесь и хорошие условия для исследований (местность сильно расчленена эрозией, которая вскрыла нижнеплейстоценовые отложения), что давно привлекло сюда специалистов и обеспечивало случайные находки, которыми так богат этот район. Много исследований — много находок.

Оставим пока в стороне изолированные гальки со сколами, найденные в слоях заведомо старше 1 млн. лет, и обратимся к более  значительным  стоянкам.   Необходимо  отметить,  что даже в тех случаях, когда работаешь с публикациями китайских археологов на европейских языках, испытываешь значительные трудности. Китайские коллеги пользуются, за редким исключением, не общепринятыми терминами, а дают индивидуальные описания для каждой коллекции, что очень затрудняет  их   интерпретацию.  

Таким образом, все, что мы пока знаем о древнейшей археологии Китая, является не более чем ориентиром. Он указывает на необходимость продолжения поисков, которые —- и к этому есть все основания — должны привести к более веским доказательствам существования гоминидов, живших в этой стране более миллиона лет тому назад.

Что же касается отрезка времени от 800—700 тыс. лет до 200 тыс. лет, то в Китае зафиксированы совершенно достоверные стоянки. Материалы с них не оставляют сомнений в принадлежности к древнейшим этапам освоения этой части Азиатского континента ранними формами человека прямоходящего плейстоцена вплоть до 500 тыс. лет.

Спорной представляется глубокая древность (300—500 тыс. лет), предложенная для большой коллекции, собранной на горе До в Северном Вьетнаме советским археологом П. И. Борисков-ским. Он обосновал древнепалеолитический возраст находок с горы До в своей очень хорошей книге, посвященной каменному веку Вьетнама. Но когда сам перебираешь эти огромные тяжелые отщепы, неизвестно зачем отбитые от каких-то еще более крупных нуклеусов, возникает множество вопросов. Во-первых, поражает нецелесообразность столь крупных заготовок — ведь и работать-то ими неудобно.

Для знакомства с пещерой Тхам Кхуен мы выехали в провинцию Лангшон. Пещера представляет собой навес, протянувшийся на добрых 50, а то и более метров и разделенный своеобразными перегородками известняка на несколько отдельных    И камер.  Хорошо видны отложения эпохи среднего плейстоцена — красноватая, желтая или очень красная порода. В этих    73 плотно сцементированных временем отложениях вместе с мелкой щебенкой включены кости животных; ради них здесь и проводятся раскопки. Это нелегкая работа, поскольку кости часами   приходится   выбивать   при   помощи   металлических костылей, клиньев и молотков. Вместе с костями животных здесь найдены также и зубы гомо эректуса. Находки сделаны и в нескольких других пещерах. Антропологи указывают на определенное сходство этих зубов с зубами синантропов.

 Итак, следы гомо эректуса в пещерах Северного Вьетнама и соседнего Лаоса зафиксированы неоднократно. Ну а где же его орудия? Увы! Пока достоверных каменных орудий не удалось обнаружить ни там, ни там. Единственную гальку, напоминающую орудие, мне показал в Ханое антрополог Нгуен Ким Тху. Большого впечатления она не производит. Может быть, она и побывала в руках вьетнамского синантропа, но он ее обработал явно недостаточно...

Подводя итоги, можно сказать, что настоящие, бесспорные раннепалеолитические находки на Яве и в Индокитае, которые должны показать подлинный облик древнейшей юго-восточной культуры, еще впереди. Возможно, сыграли свою роль неблагоприятные условия сохранения четвертичных отложений, и в том числе древних стоянок. Все найденное в лучшем случае находится в переотложенном состоянии. Поэтому проблему прародины человека теперь не связывают с Юго-Восточной Азией, как это было лет тридцать назад.