Город мировой скорби

- Олег Тимофеевич, каким вы видите Беслан в ближайшем будущем?

- Я присутствовал при разговоре двух своих соотечественников о Беслане. Один из них сослался на цхинвальского священника, у которого он несколько лет назад спросил: «Святой Отец, как Господь допустил бесланскую трагедию?» Священник тогда ответил: «В Писании сказано: по делам и аз воздам. А вы не подумали, сколько человеческих душ сгубили водочные заводы в Беслане, два из которых и вовсе можно назвать гигантами? Они ведь залили водкой всю Россию. А дети… они ведь ангелочками взлетели на небо…»
Мне казалось, что после сентября 2004 года Беслан должен был стать принципиально другим городом, люди обязаны полностью изжить такие уродливые явления как стяжательство, мздоимство, пьянство, наркоманию и другую скверну. Есть город Боевой славы и должен быть Город мировой скорби. Беслан следует рассматривать как символ борьбы с терроризмом, место паломничества, как Мекку или Стену плача в Иерусалиме. Водочные комбинаты надо из него вывезти подальше! Люди должны ехать в Беслан со всего мира, к разрушенной школе, к могилкам детей… В первые дни сентября необходимо всем осетинам, да и не только осетинам, стремиться на поклонение в Беслан. Нужно открыть специальное место для поминок. Следует использовать традиции осетин, когда они готовились задолго до значимых памятных дней, которые бывали раз в году.
Но и самих бесланцев я хотел бы видеть совершенно другими людьми. Они должны отличаться от других внешне и внутренне - одеждой, поведением, укладом жизни, наконец, отношением к жизни. Когда житель Беслана приезжает в Европу или в любой российский город, на него и смотрят там по-особому.
Беслан должен быть городом миротворцев. И здесь опять на помощь придут старые кавказские традиции. Бабушка рассказывала мне про давнишний вооруженный инцидент в осетинском селении Заманкул. Он произошел в начале прошлого века и имел, как сейчас говорят, межнациональный характер. На Заманкул напала вооруженная группа из ингушского селения. В стычке они были все убиты. Спустя какое-то время старики из того ингушского селения пришли в Заманкул… на коленях! В селении они стояли на коленях сутки. Только тогда к ним подошли осетинские старики, положили им руки на головы и простили. Трупы убитых выдали и помогли добраться до своего селения. На Кавказе давние традиции миротворчества! Так пусть же авторитетные бесланцы ездят в горячие точки с миротворческими целями, мирят людей, ведут с ними беседы. Мать, потерявшую детей в самом страшном теракте, все обязаны выслушать!

- Олег Тимофеевич, насколько я знаю, и ваша родственница оказалась в заложниках в первой бесланской школе.

- Моя племянница работала поваром в этой школе. В то злосчастное утро она готовила обед для школьников и даже не знала, что школу захватили террористы. Это сюжет о том, как трагичное и комичное ходят рядом. Узнала она про захват, когда террористы вошли на кухню. Они под дулом автомата заставили ее продолжать готовить еду. Воспользовавшись этим, она стала воровать на кухне воду и еду для детишек, находившихся в спортзале. В полдень третьего сентября террористы отыскали в холодильных установках запасы курятины и заставили ее приготовить, сунув в руки 15 кур. Курятину они приказали пожарить на постном масле. За спиной поварихи стоял автоматчик, внимательно наблюдавшей за ее действиями. И вдруг он исчез. Она с трудом справлялась с таким объемом работы – пожарить 15 кур! В кухне поднялся чад. Она и не заметила, что начался штурм. Взрывы и выстрелы не услышала, поскольку сама не тише гремела кастрюлями и сковородками. И только когда на кухню ворвался спецназовец, она поняла, в чем дело, но от плиты не отошла. Он схватил ее и потащил в укрытие: «Стреляют же, прячься!» А она ему отвечает: «Нельзя, мол, пищу бросать на огне – куры сгорят!» Но он, к счастью, ее даже не услышал и заставил укрыться в безопасном месте. Словом, она спаслась! А вот куры - вряд ли. Видимо, все сгорели.

- Не пора ли писателям, кинематографистам, театральным режиссерам взяться за осмысление бесланской трагедии?

- Конечно, пора. Это же трагедия, по масштабам не уступающая античным. Это пример нечеловеческих мук детей, женщин, стариков. Не понимаю даже, почему мировой кинематограф до сих пор не обратился к этой теме? Спектакль поставить на эту тему труднее. И литераторы должны осмыслить бесланскую трагедию. Художники должны сделать все, чтобы подобное больше никогда не повторилось.